Вверх страницы

Вниз страницы

Obliviate: Back into the past

Объявление











Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Obliviate: Back into the past » “Если мы умрем, я убью тебя!" » Plus ça change, plus ça reste la meme


Plus ça change, plus ça reste la meme

Сообщений 1 страница 20 из 26

1

Plus ça change, plus ça reste la meme (фр.) - «Нет ничего более постоянного, чем временное»

-1. Клиенты этого приюта безумных: Gawain Robards, Hagall de Saint-Clair (возможно появление и других).
-2. Все началось в июне 1978 года, в пабе «Кабанья голова». Хотя на самом деле гораздо раньше.
Происходит сие безобразие в особняке «Три тиса», по всему магическому и магловскому Лондону, его окрестностям, а также в прочих местах, которые непременно будут обозначены.
-3. Привычный уклад жизни Хэла нарушен, любимое развлечение недоступно, в душе раздрай, в мыслях бардак, с чувствами полный хаос. Да еще занялся тем, о чем недавно даже помыслить не мог - решил вытаскивать из депрессии Гвэйна Робардса. И судя по всему, дело предстоит посложнее, чем добыть яйцо ядозуба или иглу из хвоста мантикоры. Но отступать не в его правилах, к тому же и в себе нужно разобраться.

________________________
Первая часть Мерлезонского балета -
Потерял смысл жизни. Просьба вернуть за вознаграждение
________________________

Отредактировано Hagall de Saint-Clair (2012-04-04 20:20:15)

0

2

Домой Хэл вернулся уже затемно - летал в лучших традициях гонок на выживание, добрался до леса в окрестностях Оксфорда, в уединенное место на излучине Темзы. Там он сначала плавал, а потом пару часов валялся на берегу, пытаясь разобраться, что за хрень с ним происходит с того момента, как увидел потухший взгляд Робардса и заглянул в его сознание. Мысли скакали, как стая клаббертов по деревьям, и в голову ничего не приходило. Вернее, приходило в нее много - но совсем не того, что надо. В памяти с завидным упорством всплывал то вечер годичной давности, то утренний поцелуй, а также Гвэйн разъяренный, с потерянным видом пьющий огневиски, спящий, взлохмаченный и полуголый, снова разъяренный, и так по кругу. Декстер все это время просидела у Хэла на груди, хотя обычно не упускала случая поохотиться - чуяла, что с хозяином творится странное, и успокаивала его, как могла.
- Ты угнал мою метлу! - возмущенный Кейн поджидал друга в холле. - Мою любимую Чэрген!* А если бы ты ее угробил? С твоей манерой летать это немудрено.
- А кто заколдовал моего Зверя? - вскинул бровь Хэл, возвращая транспортное средство в кладовку. - Мне было не до распутывания чар, ты ж на славу постарался, дементор ногу сломит, пока разберется. И ничего с твоей драгоценной метлой не случилось, я же знаю, как ты к ней привязан.
- Ну да, как и ты к своему Зверю, - Кейн на всякий случай проверил, что с его обожаемой метлой действительно все нормально. - Ладно, завтра расколдую, раз уж ты с такой ерундой не можешь справиться.
- Этой «ерундой» ты ядозубу крылья в полете сковал, помнится, - Хэл погладил перебравшуюся из-за шиворота на плечо Декстер. Паучиха перепрыгнула на спинку дивана и исчезла за ним - пока можно было не охранять хозяина и поспать. - Мне и правда было не до распутывания, - он вздохнул, запустил руку в волосы. - В голове бардак, куда там с чарами возиться.
- Развеялся немного? - Кейн закрыл кладовку и хлопнул его по плечу. - Пойдем поедим, и расскажешь про свой бардак. Таффи расстарался и сияет, как начищенный медный таз, уже раз десять мне рассказал, что ты сам захотел что-то на ужин. Как мало надо, чтобы обрадовать твоего домовика, может, будешь почаще так делать? И заметь, я без тебя не садился за стол.
- Сейчас разрыдаюсь от умиления, - усмехнулся Хэл, направляясь на кухню. - А тапочки почему не принес?
- Язва, - поддел Кейн.
- От язвы слышу, - парировал Хэл.
- Кстати, Маргарет сову прислала, - цыган вытащил из кармана письмо.
- Я в курсе, - кивнул Хэл. - Но не до того было. Что там?
- Ничего срочного, просит отправить ей в ближайшие дни новые перчатки из тембу, унцию крови рэйема, шесть... - Кейн заглянул в письмо, - нет, семь стручков тентакулы, две драхмы толченого рога крюкорога и два фунта сушеных ящериц для Ниму.
- Судя по последнему, скоро мне опять попытаются подарить мелкого низла, - вздохнул Хэл. - А у нас тентакула осталась, или ты всю извел, и нужно за ней сгонять?
- Еще не всю, осталось... - Кейн прикинул. - Десятка два. И противоядий запас сделал, так что пока терпит.
- Угу, тогда завтра соберем все и отправим, - они дошли до кухни, и Хэл с некоторой опаской открыл дверь.
Таффи действительно расстарался, на столе были не только мидии по-бретонски, но и еще пять или шесть блюд, а также две бутылки Шабли Гран Крю. Ну хоть без гербовой скатерти, десятков канделябров и роз повсюду обошлось, уже хорошо.
- Хозяин Хагалль, хозяин Кейн! - домовик поклонился, через руку у него было переброшено белоснежное полотенце. - С возвращением. Прошу к столу.
Хэл страдальчески закатил глаза. Таффи был в своем репертуаре.
- Принес, что я просил? - Сент-Клер повернулся к Кейну, который с трудом сдерживал смех - нелюбовь друга ко всяческим церемониям служила вечным поводом для подначек.
- Все в библиотеке, - кивнул тот. - Пока упаковано, там целая гора.
- Отлично, - Хэл посмотрел на Таффи, который уже понял, что ему не светит прислуживать за ужином, и скорбно помахивал ушами. - Разбери все, разложи так, чтобы мне было удобно добираться и до книг, и до свитков. И чистых пергаментов принеси.
Опечаленный домовик с тихим хлопком исчез, и Хэл, облегченно вздохнув, уселся за стол. Кейн устроился напротив, нагрузил сначала ему, потом себе на тарелку всего подряд.
- Ну так что у тебя за бардак в голове? - поинтересовался цыган, когда оба утолили голод. - Подозреваю, что связан он с неким аврором, которого ты вчера притащил с собой.
На самом деле, Кейн был уверен на двести процентов, что так и есть, но о подробностях мог только строить предположения.
- Догадливый какой, надо же, - съехидничал Хэл. - Но прав, как всегда.
- Что, в Запретном что-то большое сдохло? - не остался в долгу Кейн. - Хагалль Сент-Клер признал, что я всегда прав, где бы записать. А лучше высечь в камне.
- О, можно подумать, я это впервые признаю. Кажется, тебе начала изменять память, скоро песок посыплется, - изогнул бровь Хэл. Он налил в бокалы вино, придвинул один другу, взял свой и поднялся, прихватив бутылки. - Пойдем в гостиную.
Стоило им войти, как зеркало над камином снова подернулось розовой дымкой.
- Что, опять трехэтажно выражался? - поинтересовался Кейн, устраиваясь в кресле.
- Ну я же не виноват, что у этого куска серебра тонкая душевная организация, - Хэл, дернув плечом, занял свое кресло и устремил взгляд в пламя. Он любил огонь, мог часами смотреть в него, поэтому камин разжигали всегда, независимо от времени года. - Не хватало мне еще в собственном доме перед зеркалами расшаркиваться.
- Итак? - Кейн отпил вина и покосился на друга.
Тот вздохнул и принялся излагать утренние события. Кейн слушал, не перебивая, но когда рассказ дошел до поцелуя, присвистнул.
- Что? - вопросительно изогнул бровь Хэл. - Ну, поцеловал, да. Сам не знаю, что на меня нашло. Но повторить не откажусь. И вообще... - он залпом выпил вино и налил себе еще. - Не понимаю, что происходит. Когда он сбежал, возникло ощущение... пустоты, что ли. И этот его взгляд, и остальное, что вчера увидел... Душу переворачивает, не должно так быть.
- Не должно переворачивать тебе душу? - на всякий случай уточнил Кейн, забирая у него бутылку и доливая себе.
- Наверное, - буркнул Хэл. - Diantre! Не знаю, все сразу. С Робардсом не должно такого твориться. А я не должен чувствовать всю эту, мать ее, херь, от которой у меня к дементорам сносит крышу. Но сдохнуть я ему не дам, клянусь грудями Морганы.
- Это я уже слышал, - кивнул Кейн. Имевшиеся у него соображения окончательно оформились, и удивляло только одно - почему Хэл сам не додумался, в чем дело. - А крышу сильно сносит?
- Угу, - Хэл уткнулся в бокал, словно там мог отыскать ответ на свой вопрос. Но «in vino veritas» в данном случае не сработало. - Когда поцеловал, а он ответил, думал, сердце или остановится, или ребра проломит. И когда спал, а я его рисовал, было... как-то тепло. Тебя ведь я тоже рисовал, и спящего, и всякого, но такого ощущения не возникало. Ну, я его хотел, когда целовал, да, тут ничего странного, но тоже как-то непривычно чувствовалось, - он задумчиво посмотрел на Кейна. - Peseurt gwin zo karc'hat? Gallout a ran...*
- Помедленней, или все-таки по-английски либо по-французски давай, - перебил его Кейн. - Я за тобой не успеваю.
- А? - Хэл не сразу сообразил, что невольно перешел на бретонский, что случалось, если что-то сильно выбивало из колеи. Кейн понимал, но лишь когда он говорил медленно. - Прости, задумался.
- Я догадался, - усмехнулся тот. - Так что ты говорил про дерьмо?
- Может, я совсем свихнулся? - в голосе Хэла звучала растерянность. - Может, та кровь... стала перекрывать? Прапра же предупреждала, и maman, и grand-père*, что меня может увести, так сказать, в сторону от людей.
- Вряд ли, - пожал плечами Кейн. - Ты же его отпустил. И... ничего не сделал.
- «Ничего не сделал» - это такой красивый эвфемизм для «не затрахал насмерть и не выпил подчистую»? - поднял бровь Сент-Клер.
- Ну, что-то вроде того, - Кейн отпил вина, потер подбородок. - Слушай, поклянись, что ты на полном серьезе ничего не понимаешь.
- Tu blagues?* - удивился Хэл.
- Non, mon ame,* - цыган поднялся, поставил пустой бокал на каминную полку и повернулся к другу. Правда, ответ он уже получил - изумленный взгляд синих глаз был красноречивее слов.
- Клянусь чревом Моргаузы, я ни хера не понимаю, - проворчал Хэл. - А вот ты, похоже, вполне. Так что?
- Ты влюбился, - выдал Кейн настолько серьезным тоном, насколько вообще было возможно, но губы при этом так и норовили сложиться в ехидную улыбочку.
- De quoi?! - у Хэла округлились глаза. - Tu es complètement fou.*
Теперь настал черед цыгана ловить падающую челюсть, он даже про подначки забыл.
- Ты хочешь сказать, - медленно начал он, не сводя с друга потрясенного взгляда, - что никогда в жизни не влюблялся? Никого не любил?
- То есть? - недоуменно переспросил Хэл. - Я люблю Маргарет. Тебя. Прапра. Мать любил. Декстер люблю. При чем здесь Гвэйн?
- Ага, уже Гвэйн, а не «Робардс» и «аврорская задница», - не удержался от подколки Кейн.
- Он спал в моей кровати. Вернее, в гостевой, но все равно. И я его поцеловал, так что можно и по имени, - Хэл опрокинул в себя вино и отхлебнул еще, уже из бутылки, изо всех сил пытаясь осознать вердикт, который вынес друг.
- Маргарет, я, Прапра, Декстер - это все не то, - Кейн шагнул к нему, наклонился, положил руки на плечи. - Нет, ты что, серьезно никогда не влюблялся? Первая любовь там... Ну, девушка, парень, кто-то, при взгляде на кого сердце пропускало удар, хотелось нести всякую пургу, которая казалась невероятно важной и серьезной, гулять под звездами, держаться за руки и так далее?
Кейн был в курсе и семейных тайн, и многочисленных скелетов в шкафах, и всех похождений Хэла, но как вдруг выяснилось, есть моменты, о которых он не знает. Просто речь не заходила, а тут вот зашла, и на тебе, такой казус. В отличие от Сент-Клера, Кейн влюблялся неоднократно, а однажды и любил, в результате прекрасно поняв разницу между этими чувствами. Причем любил до сих пор, и раз в год навещал могилу на Ольшанском кладбище в Праге, в день рождения. И никогда - в день смерти.
- Ни разу, - Хэл взял вторую бутылку и приложился к ней. - Но, если ты прав, теперь мне что, грозит все вышеперечисленное? И да, сердце удар пропускало, когда я на Гвэйна смотрел. Причем еще год назад.
- Н-дааа, - Кейн выпрямился, взял у него бутылку и тоже сделал большой глоток. - Я предполагал, чем дело пахнет, но не думал, что ты не допер. Ну ты и сподобился, конечно... Хотя чего еще от тебя ждать, ты же по-простому не умеешь.
- А под звездами гулять обязательно? - мрачно поинтересовался Хэл. От того, что непонятное чувство обрело название, легче не стало, скорее, наоборот, все еще больше запуталось. Что такое «любить» в озвученном контексте - он не представлял, и сейчас пребывал в полной растерянности. Ему была знакома страсть в смысле вожделения, то есть, все, что было связано с сексуальным влечением, которое проходило довольно быстро, иногда за несколько часов, иногда - за несколько дней, надолго он не оставался ни с кем. Единственным постоянным партнером был Кейн, но тут и речи не шло о любви, как ее обычно понимают. Хэл был сильно привязан к другу, который уже давно стал едва ли не самым близким человеком, ближе, чем мог быть кровный брат, и это было взаимно. Но если бы кто-то назвал их «возлюбленными», оба только рассмеялись бы и покрутили пальцем у виска. Как говорится, дружба сексу не помеха, и только.
Тогда как те чувства, которые вызывал Гвэйн, совсем не походили ни на что известное и привычное, и было непонятно, что с этим делать. Вытаскивать его из депрессии - это даже не обсуждалось. Но все остальное... Пока в голове возникали только обрывки какого-то чтива на любовную тематику, которое подсунула ему однажды симпатичная медсестра в Мунго, когда его в дцатый раз собирали по частям после очередной авантюры. Над книгой Хэл благополучно заснул, и даже не запомнил названия. Конечно, выяснять по книгам, как обычно ведут себя люди, когда любят - не худший вариант, но уж точно не по такой вот карамельной писанине. Еще был вариант обратиться за разъяснениями к Кейну. Тот, понятное дело, будет оттачивать на нем язык, но зато и толк будет. И нужно будет поговорить с Прапра... Как-то она упомянула о сложностях для их рода, связанных с чувствами и той кровью, однако слишком туманно, а потом больше не желала общаться на эту тему. Но это позже, сначала разобраться, как лечат депрессии.
- Тебе - точно необязательно, - заржал Кейн. - Романтика в твоем исполнении - это, скорее, что-нибудь экстремальное будет.
- Спасибо, утешил, - вздохнул Хэл, поднимаясь. - Ладно, пойду читать, что ты там принес.
- Слушай, там правда много. Очень. Может, помочь? - предложил Кейн. - Пока ты читать будешь, я тоже часть просмотрю, законспектирую.
- Давай, наверное, - согласился Сент-Клер. - Так удобнее будет, думаю.
Войдя в кабинет, он присвистнул - по периметру стола, на полу вокруг и нескольких стульях громоздились свитки и стопки книг. Середину стола Таффи оставил свободной, сложив там пергаменты. Рядом стояла чернильница, лежали обычные перья и футляр с Быстро Пишущим и Мудрым пером, подарком Маргарет. Горели все лампы и огонь в камине.
- Да уж, твоя помощь явно не помешает, - Хэл придвинул к столу кресло, отстегнул ножны с палочкой, взял ближайший толстый том, который оказался магловским трудом по психиатрии. - Знаешь, принеси, наверное, укрепляющего, пригодится, мне так точно. И скажи Таффи, пусть кофе побольше сварит.
- Сейчас принесу, - кивнул Кейн, открывая дверь.
Ответа не последовало и, оглянувшись, он увидел, что Хэл уже читает, быстро переворачивая страницы. Судя по всему, он всерьез собрался проштудировать всю имеющуюся в наличии литературу. И, зная его упертость, а также скорость чтения, можно было не сомневаться, что он не остановится, пока не рухнет, так что укрепляющее - не худшее, что может быть.

_________________
* Чэрген (цыганск.) - звезда
* Peseurt gwin zo karc'hat? Gallout a ran... (бретонск.) - Что это вообще за дерьмо? Может, я...
* Tu blagues? (фр.) - Ты шутишь?
* Non, mon ame (фр.) - Нет, душа моя.
* De quoi? Tu es complètement fou (фр.) - Чего? Ты рехнулся.
* Grand-père (фр.) - дед.

_________________
Аудио - Nickelback - I'd Come For You

Перевод|Nickelback - I'd Come For You

Мне нужен один лишь миг,
Как раненому для исцеления.
Сейчас я честен, как никогда,
И я умоляю -
Пожалуйста, поверь,
Я был неправ.

Я сам не верю, что сказал,
Будто спущу нашу любовь с небес на землю.
Но это неважно, ведь я понял, что ошибался,
Прости меня.
Изо дня в день мне нет покоя,
Я ищу путь к тебе, хочу тебя вернуть,
Ты ведь знаешь, что...

Я приду к тебе,
Только к тебе.
Да, я приду к тебе,
Но только если ты скажешь мне прийти.
И я буду сражаться за тебя,
Это правда.
Я отдам жизнь за тебя,
Ты ведь знаешь,
Я всегда прихожу к тебе.

Я был слеп,
Но сейчас я прозрел.
Мой разум был во тьме,
Но сейчас я верю.

Я наконец-то понял,
Что такое подпустить кого-нибудь к себе,
Загляни мне в душу, куда не заглядывал никто,
И куда никто больше не заглянет.
Если ты потеряешься и останешься в одиночестве,
Я буду искать вечно, лишь бы вернуть тебя домой,
Здесь и сейчас, я клянусь,
Ты ведь знаешь, что...

Я приду к тебе,
Только к тебе.
Да, я приду к тебе,
Но только если ты скажешь мне прийти.
И я буду сражаться за тебя,
Это правда.
Я отдам жизнь за тебя,
Ты ведь знаешь,
Я всегда прихожу к тебе.

Что бы ни стояло на моем пути,
Пока во мне теплится жизнь,
Помни, несмотря ни на что,
Я приду к тебе.

Я приду к тебе,
Только к тебе.
Да, я приду к тебе,
Но только если ты скажешь мне прийти.
И я буду сражаться за тебя,
Это правда.
Я отдам жизнь за тебя,
Ты ведь знаешь,
Я всегда прихожу к тебе.

Что бы ни стояло на моем пути,
Пока во мне теплится жизнь,
Запомни, несмотря ни на что,
Я приду к тебе.
Я обойду весь мир,
Сделаю для тебя, что угодно.
Помни, несмотря ни на что -
Ты знаешь, я всегда прихожу к тебе.
Ты знаешь, я всегда прихожу к тебе.

________________

Hel

http://uploads.ru/t/6/n/A/6nACM.jpg

Внешний вид

Внешний вид: белая рубашка, черные кожаные штаны, короткие замшевые сапоги. Волосы собраны в хвост.
С собой: перстень на среднем пальце левой руки, тонкое серебряное кольцо на мизинце. Маленькая сапфировая серьга-амулет в левом ухе (не снимает никогда).

Kain Rainhard

http://uploads.ru/t/d/B/1/dB1Rf.jpg
Сын чистокровного мага и румынской цыганки, 30 лет, выпускник Дурмстанга. Остер на язык, скор как на боевое заклинание, так и на удар в челюсть, питает слабость к шоколаду, играет на гитаре. За единственного друга полезет хоть с голыми руками на толпу Пожирателей, хоть в пекло, но при необходимости за ним не заржавеет и по морде выдать, если есть, за что.

Library

http://uploads.ru/t/3/f/X/3fXzw.jpg

Отредактировано Hagall de Saint-Clair (2012-03-20 05:22:27)

+2

3

-Робардс, держи, твой любимый клиент!
Гвэйн в первый момент даже не понял в чем дело, когда ему на стол приземлился листок, и с секунду ошарашено переводил взгляд с бумаги на жизнерадостную физиономию Алекса, сегодня отвечавшего за распределение заданий и обратно. Потом, наконец, догадался посмотреть, что именно ему притащил коллега и у него возникло острое желание постучаться головой о стол. Вот куда-куда, а с обыском к Сент-Клеру ему сейчас хотелось меньше всего.
-Не хочу. – Гвэйн отодвинул от себя ордер и тяжело вздохнул. – У нас же кажется опять рейды по неблагонадежным домам. Неужели не найдется чего-то достойного, а не опять ловить ветра в поле.
-Ты же всегда просил, что бы эту лавку тебе оставили? – Брови собеседника удивленно взметнулись. Он то рассчитывал, что специально перехваченный у другой команды ордер хоть немного растормошит впавшего в апатию коллегу, но очевидно не сработало.
-Зря время терять. Сколько раз уже проверяли. – Гвэйн покачал головой. - У меня настроение не то, что бы терпеть эти шуточки. Пошли туда кого-то другого, ладно. Стажеров хотя бы, хорошее испытание на выдержку.
-Ты же три года…
-Вот именно, три года. Надоело. Это занятие для стажеров максимум. У тебя вон сверху ориентировка лежит на склады в порту, вот давай ее, а это забери. – Робардс отодвинул от себя бумагу, словно подводя черту, и было что-то в его голосе, что наставать собеседник не решился. Со вздохом заменил ордер и пошел разыскивать невезучих стажеров, которым предстояло на себе испытывать ехидство некого антиквара.
Гвэйн проводил его взглядом и попытался сконцентрироваться на предстоящем деле, но мысли нет-нет, да и возвращались к антиквару, про которого ему так некстати напомнили.
С момента неожиданного пробуждения Гвэйна в доме заклятого врага прошло три дня, и Гвэйн думал, что ему удалось выкинуть тот вечер и тем паче утро, со всеми неясностями из головы. В глубине души он был где-то даже благодарен Сент-Клеру за то, что тот напомнил ему о долге перед окружающими, заставил вспомнить об ответственности. О том, что как бы плохо ему не было, он не имеет права заставлять страдать других, не имеет права повторять свои ошибки хотя бы в мелочах. Самому Гвэйну привычные выходки радости не приносили, но то как, к примеру, озарялось улыбкой лицо одной леди, снова обнаружившей в запертом и защищенном кабинете букет фиалок, это было правильно. Что бы с ним лично не происходило, всегда оставался долг. «Если подумать, не так уж и мало, для того у кого больше ничего не осталось»
Но желания встречаться с антикваром это не прибавляло. Его в список тех, кому он должен и кого нужно оберегать Гвэйн никак не вносил, а значит и не собирался притворяться, делая вид что все наладилось. Потому встречаться с тем, вести мучительные для себя и ненужные разговоры, в который раз вспоминая как было, он не хотел.
Эта вражда, теперь кажущаяся такой детской и наивной принадлежала прошлому, как и сам антиквар. И куда проще было выкинуть его из головы, чем позволять ему снова бередить свои раны, заставляя что-то чувствовать.
Неосознанно аврор провел рукой по губам, вспомнив поцелуй. Похоже, нарушение привычного уклада вещей сильно выбивало Сент-Клера из колеи, раз он пошел на такие меры в попытках разозлить его. «Вот знал бы раньше…Ирония судьбы»
По губам аврора скользнула грустная усмешка. Похоже, он случайно нашел метод вывести врага из себя, который безуспешно искал предыдущие три года, тогда когда он ему уже был не нужен. Робардс постарался отогнать мысли об антикваре, потому что следом за размышлениями о том, как его пытались разозлить пришли и другие. Что,будь это случайный знакомый, поцелуем дело могло и не ограничится.
«К Мерлину Сент-Клера, вон склад темномагической дряни ждет. Новичков брать пожалуй не стоит».

+1

4

Кейн приоткрыл дверь в библиотеку и заглянул внутрь. Последние трое суток Хэл выходил оттуда только отлить и сунуть голову под холодную воду, выпил несколько флаконов укрепляющего и галлона* три крепкого кофе. Ел он, не отрываясь от чтения, и даже не отругал Таффи, который, пользуясь моментом, не иначе, принес ужин на фарфоровых тарелках с ангелочками. Хэл их терпеть не мог и сохранил только ради Маргарет, а в этот раз вообще не заметил ни что ест, ни из чего. Кейн помогал, как мог -  конспектировал, приносил новые книги, но за скоростью друга не успевал, и, в конце концов, оба решили, что кому-то нужно заняться текущими делами - отправить посылку Маргарет, просмотреть почту, определиться с потенциальными заказами, написать отказ тем, чье предложение не заинтересовало и так далее.
В библиотеке было тихо, Кейн не расслышал ни скрипа пера, ни шуршания перелистываемых страниц, ни бормотания Хэла, который периодически матерился на какой-нибудь особо заковыристый труд какого-нибудь магловского психиатра. Он вошел, обогнул книжные шкафы, отделявшие основное помещение от рабочего места в эркере. Диван был завален книгами и свитками - все прочитанное отправлялось туда, на стульях и креслах не осталось ни одной. Хэл спал за столом, уронив голову на скрещенные руки, рядом была сложена стопка пергаментов, валялись пустые флаконы от зелья, несколько сломанных перьев, Быстро Пишущее и Мудрое неподвижно возлежало около пальцев хозяина и явно пребывало в отключке.
- Он уже часа полтора как заснул, 'm fêl*, - негромко произнес женский голос мягким контральто и, обернувшись, Кейн обнаружил, что картина над камином уже не пуста. Перед замком, позади которого виднелось озеро и зеленел древний Броселианд, устроилась на траве красивая брюнетка в темно-синем с серебром платье времен Артура Пендрагона. - Поздоровался со мной и рухнул.
- Рад вас видеть, миледи, - поклонился Кейн. - Давно вы нас не навещали.
- Решила проверить, как поживает мой любимый потомок, - леди поднялась, изящно стряхнула траву с подола, расправила платье и приблизилась к раскидистому дубу на переднем плане картины. - Что у вас происходит, чем он так одержим?
- Скорее, кем, - вздохнул Кейн, подходя к камину.
- Что ты хочешь сказать? - леди подалась вперед, голос стал напряженным.
- Влюбился он, - махнул рукой Кейн. - И...
Раздавшаяся ругань на смеси бретонского, валлийского, английского и незнакомого языка заставила его замолчать на полуслове. Хэл при этом даже не проснулся.
- Ээээ... миледи? - попытался пробиться через очередную многоэтажную тираду Кейн и, к удивлению, ему это удалось.
- Да, прости, дорогой, - леди перевела дыхание и заметалась по поляне. - Просто... я потрясена. Этого не должно было произойти, я подробно объяснила Анабелле, как правильно наложить нужные чары... Лучше бы этот кретин Шарль-Филипп женился на Марго, она бы точно не допустила ошибки.
- Миледи! - взмолился Кейн, у которого голова шла кругом. - Какие чары? Чего не должно было произойти?
- Хагалль не должен был полюбить, никогда, - она остановилась и потерла лоб. - Но раз это случилось... придется что-то придумывать. Кто хоть?..
- Помните, пару лет назад он рассказывал об авроре, который задался целью упечь его в Азкабан? - Кейн оглянулся, но Хэл по-прежнему спал мертвым сном. - Ну вот...
- Ну хотя бы маг, не простой дхойне, - вздохнула леди. - Мне нужно идти, посоветоваться кое с кем, как быть. Загляну через несколько дней. И, дорогой, - она почти умоляюще посмотрела на Кейна. - Присматривай за ним. Если что-то покажется подозрительным, ты знаешь, как меня позвать.
Ответить он не успел - на картине остались только замок, лес и озеро. С минуту Кейн стоял, глядя на покачивающиеся ветви дуба, и пытался привести мысли в порядок. Реакция Прапра на известие о том, что Хэл влюбился, сильно его озадачила, и он собирался непременно выяснить подробности. А пока нужно было переместить друга в кровать, раз уж диван и окрестности завалены книгами, дольше разгребать.
Кейн подошел к столу, больше для порядка слегка встряхнул Хэла - тот не шелохнулся. Организм, который почти трое суток подхлестывали зельем и кофеином, решил взять свое и просыпаться не желал. Цыган закинул его руку себе на плечо, собираясь переместиться с ним в спальню - все равно дрыхнет, как убитый, тащить на руках неинтересно, не подколешь потом толком - и тут взгляд упал на пергамент, который до этого был скрыт локтем Хэла. Выписок из книг там уже не было, зато были рисунки - набросанное штрихами лицо Гвэйна, в профиль, анфас, нахмуренного, улыбающегося, намеченный парой росчерков силуэт хищной птицы* и несколько строк поверх него.

Мороком белые крылья опутаны,
Горло ободрано стынущим клекотом,
Кем для тебя эта клетка придумана,
Небо зачеркнуто гибельным шепотом.

Вспомни, как ветер поет по-над облаком,
Перьев клинки рассекают безмолвие,
Вспыхни серебряным яростным отзвуком,
Перечеркнув серых дней послесловие...

Кейн вздохнул - похоже, все действительно серьезно - и аппарировал. Сложности сложностями, а спать нужно.

Hel

http://uploads.ru/t/e/K/t/eKt6d.jpg

***
Сообщение от миссис Хорсли об очередном «нашествии авроров» застало Хэла и Кейна в дуэльном зале, так что в лавке они появились в довольно живописном виде - без мантий, у цыгана распорота рубашка на груди, у Сент-Клера - рукав, да еще и шпага в руке. Однако предвкушение во взгляде сначала сменилось недоумением - вместо Робардса перед ними оказались два молодых парня, явно стажеры - а затем сдерживаемой яростью. Которую Хэл, впрочем, успешно перевел в предельную язвительность, сочетавшуюся с убийственной вежливостью. Кейну в какой-то момент стало даже слегка жаль бедняг, которым пришлось испытать в полной мере на себе весь его арсенал ехидных вопросов, заботливых предложений чаю с печеньем и зельем проницательности, приглашений посмотреть еще вот здесь, вон там и «вы уверены, что не хотите заглянуть в канализацию?» Когда авроры, у одного из которых даже нервный тик начался, наконец, удалились, Хэл схватил первый попавшийся под руку предмет - оказавшийся, по иронии судьбы, старинной фарфоровой чашкой - и запустил им в стену.
- Merde! - рявкнул Сент-Клер, и ближайшее кресло с грохотом опрокинулось, а на столе взорвалась бутылка. - Он прислал вместо себя стажеров! Клянусь Рогатым, я... не знаю, что сейчас сделаю!
Кейн вздрогнул - Рогатого Хэл поминал обычно, когда был не просто зол, а в бешенстве, грозившем стать неконтролируемым. Но сказать ничего не успел.
- Думаю, сейчас вы сядете, сэр, а я сварю кофе, - невозмутимо произнесла миссис Хорсли, выходя из-за прилавка. - И восстановите чашку, она мне очень нравится. Бутылку, так и быть, необязательно.
Хэл медленно выдохнул, на шее быстро пульсировала жилка, но взгляд стал проясняться.
- Прошу меня простить, миссис Хорсли, - он потер висок и опустился в кресло. - Кофе было бы неплохо, благодарю вас.
- Ты что так взбеленился? - Кейн махнул палочкой, подзывая осколки чашки. - Ну, прислал Робардс стажеров... Может, с тобой встречаться... боится.
У него чуть было не вырвалось «не хочет», но он вовремя поменял слово.
- Угу, боится, - буркнул Хэл. - Он что, благородная девица, которую впервые поцеловали?
- Ну мало ли, - пожал плечами Кейн. Он не ожидал от друга настолько резкой и бурной реакции на, в общем-то, незначительную ситуацию. Возможно, дело было в желании увидеть Гвэйна, а тут такое разочарование, но при этом вспомнились слова Прапра о «чем-то подозрительном». Интересно, подпадает такое под это определение? Темперамент у Хэла, конечно, вулкан, но чаще всего он себя контролирует... - Вдруг его раньше мужчины не целовали.
- Сомневаюсь, - Хэл откинулся на спинку кресла и сделал несколько глубоких вдохов и выдохов. - Сейчас выпью кофе и прогуляемся в сторону Министерства.
- Надеюсь, ты не собираешься заявиться прямо в аврорат? - поднял бровь Кейн.
- Я думаю об этом, - усмехнулся Хэл. - Может, стоит подать жалобу?
- Что к тебе с обыском прислали не того аврора? - заржал цыган.
- В морду хочешь? - вскинул бровь Хэл, но реализовывать угрозу явно не собирался, и даже губы дрогнули в улыбке.
- Я думаю об этом, - хмыкнул Кейн и придвинул к нему осколки чашки. - Сделай приятное миссис Хорсли.
- В аврорат, может, и не стану заявляться, - Хэл повертел в руке восстановленную чашку, выпуклые белые бока которой обвивал синий китайский дракон. - Просто... хочу увидеть, - он криво улыбнулся и пожал плечами. - Иррациональное желание.
- Понимаю, - вздохнул Кейн.
- К тому же, теперь у меня есть некоторое представление о том, как лечат депрессии, - Хэл поставил чашку на стол.
- Подозреваю, что ты вполне можешь сдать экзамен на психиатра, - съехидничал Кейн. - Если что, без работы не останешься.
- Да уж, - рассмеялся Хэл. - Но это только теория, как на практике будет, не представляю.
- Пока не попробуешь, и не узнаешь.
- Ну вот и начну пробовать, - Хэл запустил руку в волосы и скосил глаза на распоротый рукав. - Переодеться надо будет.
- И шпагу здесь оставь, - ухмыльнулся Кейн. - Хватит того, что тот милый юноша чуть заикой не стал.
- Ничего, не стал же... - запахло кофе, и Хэл замолчал - вернулась миссис Хорсли с подносом, на котором стоял кофейник, молочник, три чашки и тарелка с маленькими коричными булочками.
- Я подумала, что мы давно не пили кофе втроем, - улыбнулась пожилая леди, расставляя все на столе. - Нужно это исправить.
- Вы совершенно правы, миссис Хорсли, - Хэл поднялся, отодвинул для нее стул. - Прошу вас.

______________
*Gawain/Gwalchgwyn (валлийск.) - белый сокол.
* Имперский галлон = 8 пинт = 4,546 л.
* 'm fêl* (валлийск.) - дорогой.

______________

Аудио - Hurts - Silver Lining

Hel

http://uploads.ru/t/6/n/A/6nACM.jpg

Внешний вид

Внешний вид: белая рубашка, черные кожаные штаны, замшевые сапоги. Волосы собраны в хвост, перехваченный серебряной застежкой.
С собой: За голенищем сапога узкий кинжал. Перстень на среднем пальце левой руки, тонкое серебряное кольцо на мизинце. Маленькая сапфировая серьга-амулет в левом ухе (не снимает никогда).

Kain Rainhard

http://uploads.ru/t/d/B/1/dB1Rf.jpg
Сын чистокровного мага и румынской цыганки, 30 лет, выпускник Дурмстанга. Остер на язык, скор как на боевое заклинание, так и на удар в челюсть, питает слабость к шоколаду, играет на гитаре. За единственного друга полезет хоть с голыми руками на толпу Пожирателей, хоть в пекло, но при необходимости за ним не заржавеет и по морде выдать, если есть, за что.

Отредактировано Hagall de Saint-Clair (2012-04-05 02:00:48)

+2

5

Из министерства Гвэйн выполз, когда уже начало смеркаться. Он бы, пожалуй, не отказался и еще задержатся на работе, но дела как-то внезапно закончились, да и выслушивать очередной монолог начальства, если бы Гвэйн подвернулся тому под руку, не хотелось. Впрочем, нужно признать, некоторые причины для недовольства у начальства были, так как после утреннего рейда Гвэйна сотоварищи, в порт пришлось высылать команду обливаторов.
Наводка на склад с запрещенными ингредиентами оказалась вполне достоверной, но не хозяева склада, ни начальник аврората как-то не рассчитывали, что вместо дежурного обыска, возможно с задержанием подозреваемых, авроры просто поднимут склад на воздух. Но настроение у Робардса было плохое, деликатничать он не собирался, да и напарник попался под стать, так что после первого неосторожного движения полетели заклинания, причем стражи порядка не церемонились. Взрыв такого масштаба не остался незамеченным маглами, так что аврорам, в слегка подпаленных мантиях пришлось спешно убираться и затем выслушивать от начальства немало «лестного». Радовало лишь то, что с задержанными возиться не пришлось, то, что осталось от злополучного владельца склада темномагической дряни, не успевшего вовремя убраться, можно было спокойно сгребать в газетку.
Робардс  недовольно поморщился, мантия отправилась в утиль, но от штанов и рубашки все еще тянуло гарью. Переодеться после рейда он так и не успел, сначала получая разнос от начальства, а потом, занимаясь бумажной волокитой, которая неизменно сопровождала любое дело. Впору было позавидовать коллегам, которые практически сразу после рейда были отпущены домой, с начальственным напутствием «Чтоб глаза мои вас до завтра не видели». А вот ему, как старшему группы пришлось еще заниматься написанием саги в стиле производственно-фантастического жанра, именуемой отчетом. С большим удовольствием Гвэйн сейчас отправился бы еще на какую-то операцию, загруженный работой мозг позволял функционировать практически в режиме голема, не отвлекаясь на ненужные мысли. Но после утреннего безобразия и думать было нечего подходить к шефу за заданием, пока тот не остынет, потому, покончив с отчетом, оставалось или слоняться по отделу, что означало разговоры с коллегами, или убраться в направлении дома. Поскольку разговоры в основном крутились вокруг жалоб стажеров на известного антиквара, Гвэйн выбрал второй вариант, и поспешил скрыться, прежде чем его хотя бы попытались втянуть в обсуждение всех явных и мнимых недостатков Сент-Клера.
Мозолить глаза Артуру своей мрачной рожей Гвэйну тоже казалось неправильным, не аппарировал сразу в Нору, а вышел из министерства и просто побрел по улице, куда глаза глядят.

+2

6

За кофе и переодеванием, сопровождаемым шуточками Кейна - благо в лавке была запасная одежда - прошло не меньше часа. За это время Хэл почти успокоился - миссис Хорсли, неплохо изучившая характер хозяина, а также регулярно общавшаяся с Маргарет, отвлекала его разговорами о делах и рассказами о забавных случаях в лавке, но при этом всячески избегала даже малейшего упоминания авроров. Кейн по своему обыкновению ехидничал, так что ко второй чашке они уже вовсю перебрасывались колкостями, и войди кто-нибудь в этот момент, наверняка решил бы, что владелец с помощником друг друга поубивать готовы.
- Ну, что решил? - спросил Кейн, когда они, распрощавшись с миссис Хорсли, вышли на улицу.
- В Министерство пока не пойду, пожалуй, - Хэл подтянул закатанные рукава рубашки. - Прошвырнемся вокруг, а там, если ничего... никого... ну, тогда можно и заглянуть. Но это ж мантию надо.
- Ну, трансфигурируешь что-нибудь в мантию, привыкать, что ли, - ухмыльнулся Кейн. Он сам не слишком любил официоз, но у Сент-Клера на это вообще была идиосинкразия. - Надо же тебе хоть иногда вести себя прилично, как полагается потомку древнего чистокровного рода с сидскими скелетами в шкафу.
- Ну вот снова ты со своими непонятными словами, - поднял бровь Хэл. - Где нахватался-то такого, «прилично»... Ладно, пойдем, вдруг не зря промотаемся. Мне же везет обычно на встречи.
- Если бы тебе еще везло на отсутствие дырок в шкуре, - пробормотал себе под нос цыган. - И на здравый рассудок
Хэл в ответ только хмыкнул.
Они аппарировали к входу в Министерство, и Кейн, оставив друга гипнотизировать взглядом красную телефонную будку, отправился за кофе в расположенную в полуквартале забегаловку.
Везение не оставило Хэла и в этот раз - они с Кейном едва успели допить кофе и обсудить, что пару намечающихся дел тот вполне может взять на себя, когда из будки вышел Гвэйн и, даже не посмотрев по сторонам, ссутулившись, побрел по пустой улице.
- Надо же, - удивился Кейн, набрасывая на себя заклинание невидимости. - Если что, я поблизости буду.
Хэл кивнул и направился следом за аврором, догнать которого не составило труда.
- Похоже, мне везет на неожиданные встречи с вами, месье Робардс, - произнес он, когда был в нескольких шагах. Тот был без мантии, от него пахло гарью - не иначе, после какого-нибудь дела. Возможно, стажеров отправили как раз потому, что Гвэйн просто находился в другом месте. Следующей мыслью стало, что Робардс мог находиться в другом месте специально, чтобы не встречаться с ним, но об этом думать не хотелось. С другой стороны, утренние события несколько дней назад явно выбили его из колеи, памятуя, как быстро он удрал в камин. «Ну что ж, попробую применять на практике изученную теорию», - вздохнул про себя Хэл. - «Что означает в первую очередь делать все, чтобы вытряхнуть из апатии». Он был совсем не прочь повторить поцелуй, тем более это вполне укладывалось в понятие «нестандартных приемов», о которых писали психологи и маггловского, и магического мира.

Hel

http://uploads.ru/t/Y/V/d/YVduW.jpg

Внешний вид

Внешний вид: белая рубашка с закатанными рукавами, серые брюки, черные ботинки. Волосы собраны в хвост, перехваченный плетеным кожаным шнурком.
С собой: Кастет в кармане. На левом запястье ножны с волшебной палочкой, скрытые заклинанием невидимости. Перстень на среднем пальце левой руки, тонкое серебряное кольцо на мизинце. Маленькая сапфировая серьга-амулет в левом ухе.

Отредактировано Hagall de Saint-Clair (2012-04-19 22:57:57)

+1

7

-Если решили прийти с повинной, то это в аврорат, а у меня рабочий день окончен. – Сухо огрызнулся Робардс не замедляя шаг. Даже голову в сторону непрошеного собеседника не повернул.
«Ну вот какого богарта его принесло.»
Если секунду назад Гвэйну казалось что все хуже быть уже не может, то сейчас мнение явно изменилось. Хотя в глубине души все же теплилась надежда, что если он не будет обращать на антиквара внимание тот уйдет и оставит его в покое. Судьба в очередной раз решила «пошутить», и сбежав от обсуждения раздражающего фактора, Гвэйн вынужден был столкнутся с тем самым фактором лицом к лицу. Спасительное оцепенение и равнодушие почему то начинало трещать по швам, стоило Сент-Клеру отказаться в поле зрения, а этого совсем не хотелось. Пребывая в апатии он хотя бы ничего не чувствовал, а вместе с эмоциями возвращалась и боль.
«Мерлин, разве я многого хочу, просто чтоб меня оставили в покое. Какого он ко мне привязался». В то что встреча случайна, Робардс верил слабо: слишком уж вовремя для совпадения. И именно сегодня, после того как в лавку отправились стажеры, а не он сам. Похоже антиквар в упор не желал отказываться от развлечения, и то что само развлечение не желает продолжать его не мало ни волновало. Правда озвучивать в слух аврор свои мысли не стал, продолжая двигаться вперед, словно точно знал куда идет, а не просто шатался без дела.
-Если стажеры были не вежливы, или что-то разбили: жалобы писать, заявления подавать – туда. – Он махнул рукой в сторону будки. – Хорошего дня, мистер Сент-Клер.

0

8

- Какие стажеры? - притворно удивился Хэл. - Ах, да, те два юных дарования, которых вы ко мне отправили. Я даже сначала не понял, что это ваши, слишком уж нервные.
Он сунул руки в карманы и шел в паре шагов позади Гвэйна, простраивая в голове вероятные варианты развития событий.
- И вы же знаете, chéri, что я никогда не жалуюсь и не пишу заявлений.
Хэл немного сократил расстояние, почти машинально, и уже оказавшись практически вплотную к аврору, поймал себя на желании до него дотронуться, провести рукой по светлым волосам. А еще он уловил запах гари от одежды Гвэйна, не иначе, что-то случилось на задании, и мысль, что тот мог погибнуть, болезненно кольнула. От всех этих ощущений Сент-Клеру было не по себе, и знание причины не слишком помогало справиться с раздраем. Впрочем, думать сейчас о собственных заморочках было некогда, и он просто оставил это на потом.
- И раз уж у вас закончился рабочий день, а у меня нет ни малейшего желания являться с повинной, - Хэл поравнялся с Гвэйном, подстроился под его шаг, - может, вы не откажитесь от ужина, кофе и хорошего коньяка?
Он не был уверен, что это лучший вариант, но остальные казались еще менее приемлемыми. Ну не предлагать же, на самом деле, вот так, сходу, переспать - вернее, не в этом случае. Или рассказать о том, что гложет. Или и то, и другое, в любой последовательности. Хэл чуть ли не впервые в жизни не мог принять решение, которое счел бы на двести процентов верным, равно как не знал, с чего начать разбираться с депрессией Робардса. Прочитанное прочитанным, но он все-таки не психиатр в Мунго, и не друг, которому могут излить душу. Так что идея с ужином была хотя бы нейтральной.

Hel

http://uploads.ru/t/Y/V/d/YVduW.jpg

Внешний вид

Внешний вид: белая рубашка с закатанными рукавами, серые брюки, черные ботинки. Волосы собраны в хвост, перехваченный плетеным кожаным шнурком.
С собой: В карманах - кастет, несколько галлеонов и бумажник с маггловскими деньгами и кредитками. На левом запястье ножны с волшебной палочкой, скрытые заклинанием невидимости. Перстень на среднем пальце левой руки, тонкое серебряное кольцо на мизинце. Маленькая сапфировая серьга-амулет в левом ухе.

0

9

- Зачем? – Гвэйн на секунду даже сбился с шага, настолько неожиданным было предложение. Он все еще не понимал, чего именно добивается Сент-Клер, но чего-то тот явно добивался.
Мелькнула мысль, что сейчас антиквар больше похож не на привычную ехидную сволочь, а на ребенка, у которого отобрали любимую игрушку, и он вознамерился любыми средствами ее вернуть. Вот только играть в эти игры у Гвэйна настроения не было. Он по-прежнему хотел забиться в темный угол и забыться, чтобы о нем все забыли, а сделать это при наличии рядом Сент-Клера было проблематично. А в том, что антиквар увяжется следом, аврор практически не сомневался. Что можно попытаться удрать, Гвэйну как-то и в голову не пришло, вместо этого он все же решил попробовать еще раз объяснить, что развлечение стоит поискать в другом месте.
- Первое: мы с вами не друзья, и не влюбленные, так что вряд ли совместные темы для разговоров найдутся. Второе: я не в настроении для чьей-либо компании. Третье: как сотрудник аврората не считаю возможным общаться с неблагонадежными личностями во внерабочее время. – Гвэйн перечислял доводы, словно устав цитировал. – Поэтому лучшее, что вы можете сделать – заняться своими делами. А лично я намерен взять в ближайшем баре бутылку и отправиться домой.
«А если не отстанет, можно и в министерство вернуться будет. Ну не полезет же он в помещение аврората, да и кто его пустит. А напиться и у себя в кабинете можно, особенно если запирающие и заглушку на дверь».

+1

10

- А что, обязательно должна быть причина? - пожал плечами Хэл. - Ну, например, лучше пить хороший алкоголь, а не всякое merde, и не на голодный желудок. Выдержанный коньяк явно лучше огневиски, chéri, клянусь грудями Морганы, тем более после нормального ужина. И с похмелья будет не так паршиво. А я все равно собирался ужинать, тут вижу - вы, просто удивительное совпадение. Годится в качестве объяснения?
То, что Гвэйн не аппарировал и даже шаг не ускорил, несколько обнадеживало - хотя бы не сбегает сразу. Хэл выслушал его тираду, не перебивая, просто шел рядом, сунув руки в карманы, и смотрел под ноги, словно хотел найти там ответ на мучающий его вопрос. На третьем пункте он едва заметно усмехнулся - один сотрудник аврората очень даже общался с неблагонадежной личностью вне работы. Но этот сотрудник вообще клал с прибором на правила и нормы, тогда как Гвэйн этим правилам явно следовал.
- Мы не друзья, это точно, - кивнул он, когда Робардс замолчал. - Но почему бы нам не забыть об этом ненадолго? А уж темы для разговора всегда можно найти, особенно учитывая мою и вашу работу. Вдруг я смогу быть чем-то полезен?
Насчет «влюбленных» Хэл предпочел не проходиться, как сделал бы еще совсем недавно - в свете последних откровений и сопутствующего им раздрая, он не был уверен, что не ляпнет что-нибудь лишнее. А еще руки так и чесались сделать это самое «лишнее» - схватить за плечи, развернуть к себе и повторить то, что было тем утром у камина. Поэтому Сент-Клер поглубже заснул их в карманы.
- Как-то так получилось, что я свободен, и мое единственное дело на данный момент состоит в том, чтобы заманить вас в одну забегаловку, где хорошо готовят, и накормить ужином, - Хэл улыбнулся, почти не ехидно. - Коньяк, бренди и любая другая выпивка в каких пожелаете количествах прилагается. Ну же, соглашайтесь, chéri, в конце концов, это шанс, что на пьяную голову я что-нибудь выболтаю противозаконное. И вы сможете от меня избавиться.
«А еще на пьяную голову будет проще разговорить тебя, надеюсь. И...» На «и» Хэл резко оборвал мысль, поскольку в голове тут же возникла картина, не имеющая ничего общего с разговором - снова тот осенний вечер, и полуголый Гвэйн в дверях. И горячее сильное тело под ним во время драки.

Hel

http://uploads.ru/t/Y/V/d/YVduW.jpg

Внешний вид

Белая рубашка с закатанными рукавами, серые брюки, черные ботинки. Волосы собраны в хвост, перехваченный плетеным кожаным шнурком.
С собой: В карманах - кастет, несколько галлеонов и бумажник с маггловскими деньгами и кредитками. На левом запястье ножны с волшебной палочкой, скрытые заклинанием невидимости. Перстень на среднем пальце левой руки, тонкое серебряное кольцо на мизинце. Маленькая сапфировая серьга-амулет в левом ухе.

0

11

- Боюсь, вам придется найти себе другое дело. – Пожал плечами Гвэйн, чуть ускоряя шаг. – У меня нет настроения для какой-либо компании. Есть не хочется, разговаривать тем паче. Так что не тратьте понапрасну время и найдите другую компанию.
Поскольку Хэл желания оставить его в покое не выражал, Гвэйн решил, что разумнее всего будет того попросту игнорировать. Надеясь, что рано или поздно ему надоест таскаться хвостом, и он отстанет. Правда, возвращение домой откладывалось, Гвэйн вовсе не собирался показывать антиквару, где живет.
Так что аврор просто двигался вперед, делая вид, что он один, и обращая на антиквара не больше внимания, чем на фонарный столб, пока не остановился перед дверью паба.
На первый, впрочем, как и на второй, и любой последующий взгляд, заведение выглядело сомнительным. Впрочем, внешний вид мест, где можно накачаться выпивкой, Гвэйна уже давно перестал волновать, а шансов напороться на знакомых было куда меньше.
- Я иду внутрь. И намерен напиться. Вы же вроде не любитель подобных заведений, но если не можете придумать ничего интереснее, запретить я вам не могу. – Не поворачивая головы, бросил Гвэйн, шагая внутрь помещения.
Если попадаться пьяным на глаза знакомым не позволяли остатки самоуважения, то напиваться при Сент-Клере было сродни изощренному мазохизму. Сейчас можно было признать, что они с Хэлом похожи куда больше, чем хотелось признавать. Вот только тому везло, он продолжал радоваться жизни и развлекаться, зачастую за чужой счет, и плевать хотел на всякие душевные драмы, вопросы этики и справедливости, войну и политику. И это отношение вызывало раздражение пополам с завистью у того, кто уже не мог веселиться. И напиваться в его присутствии было эдаким подтверждением собственной беспомощности и несостоятельности, подпитывающим ненависть к самому себе. Поэтому Гвэйн с болезненным интересом ждал, потащится тот следом или нет.

+1

12

- К сожалению, не могу, - по губам Хэла скользнула едва заметная усмешка. - Если уж я взялся за что-то, бросать незавершенным не стану. Так что придется вам терпеть мое утомительное общество, chéri, раз уж вы попали в число моих дел.
Отступать Хэл не собирался. Во-первых, это действительно было не в его правилах. Во-вторых, он просто не хотел оставлять Гвэйна наедине с бутылкой, из прочитанного следовало, что одиночество при депрессии - не лучший вариант. И, в-третьих, рассчитывал, что удастся его хоть как-то расшевелить.
Какое-то время они просто молча шли по улице - Гвэйн чуть впереди, упорно делая вид, что не замечает своего спутника, Хэл позади шага на полтора, на автомате отслеживая все вокруг, особенно людей, находящихся ближе, чем в десяти футах. Времена неспокойные, мало ли, кто шастает по улицам под видом обычных прохожих, а в таком состоянии Робардс вполне может не почувствовать не то что посланное в него боевое заклинание, но и не заметить летящий в висок камень или нож в спину. «Забавно получается...», - Сент-Клер мысленно усмехнулся. - «Вот уж никогда не думал, что буду охранять аврора, а уж тем более его».
Когда Гвэйн остановился около паба, он машинально шагнул вперед, собираясь открыть дверь и войти первым, но остановился, сообразив, что это будет выглядеть странно. А объяснение, что у него вдруг включился еще и режим телохранителя в отношении пребывающего в депрессии врага - явно не то, о чем стоит говорить. Во всяком случае, не сейчас уж точно. Кейн был совсем рядом - видеть его Хэл не мог, естественно, но чувствовал присутствие. Он незаметно подал другу знак, означавший, что все нормально,
и оставаться нет необходимости, и буквально через несколько секунд ощущение присутствия пропало.
- Знаете, chéri, мне в таких местах доводилось бывать, что этот задрипанный кабак в сравнении с ними - просто верх приличия, - пожал плечами Хэл, входя за ним в полутемное помещение и окидывая пристальным взглядом обшарпанные стены, деревянные столы, испещренные надписями и въевшимися пятнами, нескольких посетителей, бармена в засаленной рубахе. - К тому же, в подобных забегаловках, как ни странно, бывает весьма недурная выпивка, да и размяться при случае можно.
Последнее было вполне объективным заявлением, поскольку регулярно оказывался в барах еще похлеще - как некоторые ходят во всякие джентльменские клубы, так они с Аластором Муди устраивали вылазки в злачные места, из которых возвращались пьяные в хлам и зачастую со сбитыми костяшками. Но рассказывать об этом Гвэйну тоже не стоило, неизвестно, как он отнесется к тому, что один из его коллег водит дружбу с подозрительным типом, у которого минимум раз в пару месяцев авроры устраивают обыск. Бросать тень на репутацию друга - единственного, не считая Кейна - Хэл не собирался.

Hel

http://uploads.ru/t/Y/V/d/YVduW.jpg

Внешний вид

Белая рубашка с закатанными рукавами, серые брюки, черные ботинки. Волосы собраны в хвост, перехваченный плетеным кожаным шнурком.
С собой: В карманах - кастет, несколько галлеонов и бумажник с маггловскими деньгами и кредитками. На левом запястье ножны с волшебной палочкой, скрытые заклинанием невидимости. Перстень на среднем пальце левой руки, тонкое серебряное кольцо на мизинце. Маленькая сапфировая серьга-амулет в левом ухе.

Pub

http://s1.uploads.ru/t/Y6pKO.jpg

0

13

Хэл от своего отступаться явно не собирался, и Гвэйн продолжил его игнорировать. Вошел в помещение и направился к столику в дальнем углу, не задерживаясь, чтобы оглядеться по сторонам. Неправильно с точки зрения аврора, но последнее время он все чаще ловил себя на мысли, что был бы даже благодарен, умудрись кто пустить ему Аваду в спину. Вот только заклятия, словно в насмешку, пролетали стороной, а на работе включались рефлексы, и о том, что можно было бы и подставится, вспоминалось только потом, за бутылкой.
Бармен оказался бывалым, с наметанным глазом, умеющим с ходу определить, что нужно клиенту. Или просто насмотрелся на подобные лица, так что не успел аврор примоститься за столиком, там практически материализовалась бутылка и пара стаканов, даже не слишком грязных. А как для заведения подобного пошиба, так и вообще можно считать, посуда сверкала чистотой.
Гвэйн плеснул себе выпивки, секунду поколебался, но наполнил и второй стакан, резким движением придвинул его спутнику.
- Раз намереваешься тут сидеть, значит, будешь пить. – Сообщил он категорично, сам тут же прикладываясь к стакану.
На некоторое время повисла тишина. Хэл молчал, Робардс пил. Но пристальный взгляд Сент-Клера, тяжелый настолько, что казался материальным, не давал забыть, что за столом он не один.
«Докатился. Напиваешься с Сент-Клером. Самому на себя смотреть не противно? Впрочем, может, и правильно, коллег-то жалко. У них и так жизнь не легкая, а этот... пусть смотрит».
Гвэйн снова наполнил как-то быстро опустевший стакан и, наконец, отважился поднять глаза на непрошеного собутыльника. Взгляд у того был странный, не любопытство, не ненависть, даже не ожидаемое презрение, а нечто до невозможности странное, что истолковать не получалось.
«Уж лучше бы злорадствовал или презирал, понятнее было бы... А он словно ищет что-то».
- Что смотришь? Никогда раньше такое не видел? Так в Мунго можно зайти, там половина психиатрического отделения... Там и буду, если не прикончат раньше. – Меланхолия Гвэйна в очередной раз сменилась приступом самоуничижения и злой иронии, и на этом фоне Сент-Клер показался не худшим собеседником. [b*]– Так что можем выпить за упокой души Гвэйна Робардса. Хороший был аврор, хоть и наивный дурак. Но от наивности как оказалось Авада отлично лечит, жалко, та, что достается другим. Хотя тебе-то что, тебе всегда эти разборки были побоку, да и иллюзиями вроде не страдал. Так что живи себе и радуйся.[/b]
Он на секунду прервал монолог, чтобы приложиться к стакану, и продолжил.
- А я вот не хочу. Устал. Сам бы заавадился, да слишком эгоизмом попахивает, каждый ушедший – значит, что в бою остальным спину не прикроет. Коллеги-то не виноваты, им еще есть ради чего жить. Даже завидую. Да и пополнение молодое, сказал бы я им, чтобы бежали отсюда, да кто ж послушает. Молодые, горячие, глаза горят. Вот и остается только тянуть эту лямку, пока заклинанием на задании не схлопочешь, кого-то прикрывая. Ну, хоть сдохну не зря, раз остальное не получилось.

+1

14


Гвэйн даже по сторонам не посмотрел, что явно указывало на далеко не лучшее состояние - чтобы аврор в незнакомом помещении вел себя так беспечно, это же уму непостижимо. Хэл прошел за ним, мимоходом отмечая, кто из посетителей где сидит, и кто может быть потенциально опасен. Привычка быть настороже везде, за исключением дома, замка и еще пары мест въелась намертво, и, надо сказать, неоднократно спасала ему жизнь.
Сев лицом к залу, поскольку Гвэйн просто плюхнулся на ближайший к нему стул, Хэл  прислонился спиной к стене, изучающе глядя на спутника. Выглядел тот немного лучше, чем в «Кабаньей голове», но все равно не ахти. И все тот же пустой взгляд, от которого внутри все переворачивалось.
Бармен поставил на стол бутылку виски и два стакана - на удивление, почти не замызганных и даже без сколотых краев. Не иначе, оценил, что посетители не последние забулдыги, и могут заплатить за относительно приличную выпивку, поскольку принес не дерьмовое пойло непонятного наименования, а «Скоттиш Колли». Ну, по крайней мере, бутылка и этикетка были настоящими.
- Ты просто сама любезность, chéri, - усмехнулся Хэл, тоже переходя на «ты», раз уж Гвэйн решил отбросить церемонии. - Конечно, буду, не могу же я позволить тебе надираться в одиночестве.
Он взял стакан, но пить не спешил и продолжал смотреть на аврора, прокручивая в памяти прочитанное и усиленно отгоняя то и дело всплывающее воспоминание о давешнем поцелуе. Вернее, стараясь анализировать, отвлеченно, и не думать об ощущениях, которые, как назло, вспоминались тоже. Пока это была единственная зацепка и какая-никакая, но идея. На поцелуй Гвэйн среагировал, да еще как, и во взгляде у него на какое-то мгновение промелькнуло что-то живое. А это значит, что можно попытаться растормошить его через постель. В которую, правда, его надо еще затащить, или заманить, или соблазнить... В конце концов, секс как средство от депрессии в изученной литературе тоже предлагался. Физический контакт, сильные ощущения и все такое. Тем более что данное «лекарство» вполне устраивало и самого Хэла, поскольку ему сейчас тоже не помешало бы средство от душевного раздрая и бардака в чувствах. Единственное средство, если уж быть совсем точным. Которое сидело напротив с отсутствующим видом и нагружалось спиртным.
Хэл не был уверен, что на трезвую голову Гвэйн воспримет эту идею адекватно, даже с учетом его состояния. А вот на не совсем трезвую... или вообще нетрезвую - вероятность гораздо больше. Ну а дальше уже по ситуации.
- Ну почему же, видел, - Хэл, наконец, сделал глоток. «Только раньше меня это как-то не трогало, не касалось лично». - Надо же, и правда «Скоттиш Колли», вполне себе...
Гвэйн продолжал говорить, и сделать кое-какие выводы из его самоуничижительного и несколько путаного монолога оказалось не так уж сложно. Он явно потерял кого-то близкого, может, даже не одного, и явно смерть эта не была естественной. Несмотря на все усилия Министерства, слухи о появлении некоего «Темного лорда», который хочет очистить общество от грязнокровок и магглорожденных - и даже больше, чем слухи - просачивались. У Хэла были свои источники информации, так что известно ему было достаточно. В том числе, о нападениях на волшебников, которые совершали маги в масках, именующие себя Пожирателями Смерти, и о том, что кого-то убивают, кто-то исчезает, кто-то потом возвращается, кто-то нет. Сам он с этими Пожирателями пока не сталкивался, а в случае встречи вполне мог постоять за себя.
Но Гвэйн был аврором, поэтому остаться в стороне просто не мог. И даже если бы не был, все равно влез бы по самые уши - с его-то обостренным, почти болезненным чувством справедливости. Наверное, это было беспринципно, и однозначно эгоистично, но Хэл совсем не сожалел, что та Авада досталась кому-то другому, а не Робардсу. Сочувствовал, потому что знал, каково терять близких, но не сожалел.
«Разборки», как выразился Гвэйн, Сент-Клера действительно не касались. До тех пор, пока происходящее не затрагивало лично его, а учитывая последние события и откровения, дело переходило именно в разряд личных.
- Думаю, я все же выпью не за упокой, а за твое здравие, chéri, - Хэл коснулся стаканом стакана Гвэйна, одним глотком допил виски, налил им обоим еще, посмотрел напиток на свет. - Иллюзиями я действительно не страдаю, не было подходящей почвы, на которой они могли бы вырасти. И дрязги дхой... людей меня никогда не интересовали. Но знаешь... без таких, как ты, этот безумный мир был бы гораздо мрачнее и грязнее. Поэтому я рад, что ты жив, и думаю, твои коллеги тоже. И весьма эгоистично надеюсь, что ты не сдохнешь, как изволил выразиться. И для начала не сдохнешь от голода.
Хэл подозвал бармена, выполнявшего, судя по всему, роль и официанта, и поинтересовался, есть ли помимо выпивки что-то съедобное. Из предложенного самым приличным была жареная картошка с колбасками, которую он и заказал в двойном размере. Заказ принесли быстро - большую сковороду, только что с огня, полную еще шкворчащей картошки вперемежку с чем-то вроде охотничьих колбасок.
- Думаю, это вполне сгодится на роль ужина, - Хэл попробовал, поднял бровь. Оказалось не просто сносно, а очень даже вкусно. - Я с тобой пью, а ты будешь со мной есть. Баш на баш, как говорится, - он придвинул Гвэйну вилку, провел по центру сковороды разделительную черту, и принялся уплетать свою порцию. - Ешь давай, пока горячее.

Hel

http://uploads.ru/t/6/n/A/6nACM.jpg

Внешний вид

Внешний вид: белая рубашка с закатанными рукавами, серые брюки, черные ботинки. Волосы собраны в хвост, перехваченный плетеным кожаным шнурком.
С собой: В карманах - кастет, несколько галлеонов и бумажник с маггловскими деньгами и кредитками. На левом запястье ножны с волшебной палочкой, скрытые заклинанием невидимости. Перстень на среднем пальце левой руки, тонкое серебряное кольцо на мизинце. Маленькая сапфировая серьга-амулет в левом ухе.

0

15

В первый момент Гвэйн еду проигнорировал, продолжая целенаправленно накачиваться выпивкой. Весьма неплохой, как резонно заметил Сент-Клер, хотя для Робардса это сейчас не имело особого значения. За последнее время он привык накачиваться даже самым дрянным пойлом, так что вкуса практически не ощущал. Но еда пахла вкусно, и в желудке у аврора забурчало, ненавязчиво напоминая, что с утра там помимо кувшина крепчайшего кофе и дежурного антипохмельного ничего не было.
Так что спустя еще стакан, он все же сгреб со столешницы вилку и принялся, ну не есть, но, по крайней мере, закусывать. Все-таки в планы Робардса входило напиться до явления Мерлина во плоти, а не проблеваться под ближайшим забором еще до того, как алкоголь возьмет свое, подарив несколько часов блаженного отключения от реальности.
Вот только до конца игнорировать соседа у Гвэйна все же не получалось. Вроде тот и молчал, наворачивая картошку, и действий никаких не предпринимал, но вот отключится и забыть, что он сидит рядом не получалось. Ощущение было сродни навязчивому комару, вроде его и не видно, но где-то рядом пищит, сволочь.
Но комара можно прихлопнуть, а вот избавиться от назойливого неуютного ощущения, которое вызывало присутствие Сент-Клера, так просто не получалось. И как-то сам собой, в попытках заглушить раздражение, развязывался язык.
- Мир лучше, говоришь? – Тон аврора был полон такой ядовитой иронии, что хоть в зелье добавляй. – Да кому оно надо. Что смотришь? Все рыцаря в сияющих доспехах высматриваешь? Кажется, так меня некоторые называли. Нету его, закончился... давно!
Гвэйн, не глядя, словно слепой, пошарил по столешнице, пока не наткнулся на стакан, и опрокинул его почти залпом.
- Вот не знаю, какого богарта ты привязался, только... - Он только рукой махнул, подвигая ближе бутылку. – Тебе же нравилась эта игра, теперь понимаю, что нравилась. Воры-авроры, подколки, школьники в Хогсмиде, чтоб его. Несерьезно, игра и только. Хорошая маска была, нечего сказать. Ты вот поверил, и все верили. А что там внутри, да кому какое дело. Только вот все, устал. Не будет больше игр. Надоело изображать из себя героя дурацких сказок.
Где-то остатками сознания Робардс понимал, что несет что-то не то, откровенный бред на грани истерики, но остановиться уже не получалось.
- Такие, как я, делают мир чище и светлее? Да ни хрена подобного! – Секунду назад сидевший с отсутствующим видом аврор вдруг метнулся вперед, хватая собеседника за грудки и встряхивая, как терьер крысу. – Ни хера ты не понимаешь!
Глаза Гвэйна на секунду сверкнули бешенством и снова погасли. Он отпустил Хэла, сполз обратно на стул и продолжил уже спокойным, ровным голосом.
- Ни хера ты не понимаешь. Единственное, что я умею хорошо – это убивать. Это мы все хорошо умеем. Бешеные псы, чтоб его. Сотрудников аврората надо не в отставку отправлять, а как загнанных лошадей добивать сразу. Гуманнее. Так что сиди лучше в своей лавочке и радуйся жизни, пока можешь. Уж не знаю, что ты там себе надумал, только...
Гвэйн покачал головой, не забывая еще раз приложиться к бутылке, на этот раз игнорируя стакан. Он все еще думал, как заставить Сент-Клера, похоже, во что бы то ни стало вознамерившегося вернуть любимое развлечение, оставить его в покое. И в данной ситуации правда, такой, как она виделась в состоянии душевного раздрая и месяцев депрессии, казалась оптимальной.
«Если кому-то так нравится происходящее, значит, надо это отобрать. Чтобы поверил, что ничего не было. Сбежал для того, чтобы не портить хотя бы воспоминания...»
- Только ничего не было. Было просто шоу одного актера, временами даже неплохое, но и только. Вся эта дурацкая возня, обыски, споры – только декорации. Видимо, я все же неплохой актер, все верили. Порой даже сам верил, только вот на самом деле внутри-то ничего. Пустота. Так что спектакль окончен, зрители могут расходиться по домам. Если хотят оставить себе хоть иллюзию понравившейся сказки.
Гвэйн все же поднял взгляд на собеседника, и взгляд у него был нехороший. С таким лицом обычно готовятся сделать что-то мерзкое, причем так, походя, не обращая внимания на окружающих.
- Ну а особо любопытные могут, конечно, сунуть нос за кулисы. Для того чтобы убедиться, что рыцаря не было, и все то, что он видел на сцене, просто роль, которую снимают вместе с доспехами. И узнать, что спектакль больше не состоится, потому что надоел актеру.

0

16


Хэл молча уплетал свою часть картошки, поглядывая на Гвэйна, который какое-то время продолжал пить. «И ведь Империо на него не наложишь... здесь, во всяком случае. Вот скажи мне кто еще с месяц назад, что я буду думать о том, как бы впихнуть ужин в нетрезвого мрачного Робардса... Театр абсурда».
Развить эту мысль дальше Хэл не успел, потому что Гвэйн все-таки принялся за еду. В голове сразу возникла страница одной из книг, где говорилось о том, что наличие интереса к таким простым бытовым вещам, как еда и чистая одежда - хороший признак при депрессии. Книга была не из числа учебников, скорее, что-то ближе к популярному, зато в ней была пара доходчивых примеров того, как можно действовать.
- Наверное, кому-то надо, - пожал плечами Хэл. На этот раз тон Гвэйна не был безразличным, что-то в сказанном его зацепило. А эмоциональная реакция, даже негативная - уже что-то. - Например, кому-нибудь из твоих коллег, да любому, у кого есть семья. Думаю, растить детей лучше в не слишком дерьмовом мире.
Он доел картошку, отложил вилку, плеснул себе виски и откинулся к стене. Поболтал янтарную жидкость в стакане, сделал глоток. Выпивка, похоже, развязала Гвэйну язык, а может, не только она, еще и присутствие бывшего врага. Такие раздражители кого угодно растормошат. Хотя не факт, что бывшего, но это было уже совсем не важно. Главное, аврор говорил, а уж слушать и читать подтекст Хэл умел очень хорошо, noblesse oblige*, что называется. Он и слушал - анализировал, делал выводы, мысленные пометки, чтобы потом еще раз прокрутить все в голове и решить, как вести себя дальше. Вернее, этим занималась одна часть его сознания. Вторую же чуть ли не в узел скручивало от того, какие чувства все это вызывало, впервые в жизни Хэлу было больно от чужой боли, по-настоящему. Даже когда Кейн после похорон в Праге рыдал у него на плече, ничего подобного он не испытывал. Сочувствовал, сопереживал - другу ведь плохо, не кому-то чужому - утешал, как умел. Но такого выворачивающего наизнанку ощущения не было. 
- Мне нравилось, oui, - Хэл сделал еще глоток, виски слегка обжигал горло. - И я не настолько туп, чтобы не догадываться, что во всем этом была доля игры. Жаль, что раньше не сообразил, насколько большая доля...
Когда Гвэйн вскочил, словно распрямившаяся пружина, и встряхнул его, Хэлу стоило неимоверных усилий подавить рефлексы и не отшвырнуть аврора к противоположной стене. Даже сам себе удивился, что удалось. Если на Кейна и Муди у него стояло что-то вроде якоря, как называли это маггловские психологи, то на Гвэйна ничего такого не было. Во всяком случае, до текущего момента. С другой стороны, не покалечил же он его тогда, у Талиссы. Заметив краем глаза движение бармена, который потянул из-под стойки что-то вроде дубинки, Хэл жестом дал ему понять, что все в порядке, просто друг выпил и спускает пар. Тот кивнул и вернулся к протиранию стаканов - главное, чтобы клиенты не громили помещение, а бить друг другу морду могут сколько угодно. Посетители на происходящее никак не отреагировали, наверняка и не такое повидали в этом заведении.
Пока Гвэйн его встряхивал, Хэл молчал и просто смотрел на него в упор, дожидаясь, когда тот утихомирится. Если бы Робардс полез в драку, пришлось бы, конечно, ответить, но все прекратилось так же внезапно, как и началось. Гвэйн, только что бешено сверкавший глазами, рухнул обратно на стул.
- Почему же, понимаю. Только должен же кто-то и убивать, - Хэл тоже сел на свое место, спокойно поправил воротник рубашки. - В одной маггловской книге мне попалась фраза... «Если бог берется чистить нужник, пусть не думает, что у него будут чистые пальцы». Чья-то работа бумажки перекладывать, учить, лечить, петь, а чья-то - вычищать дерьмо. Чтобы те, другие, могли петь и лечить.
Гвэйн сгреб бутылку, и Хэл махнул бармену, чтобы принес еще. Отвинтив крышку, он посмотрел на стакан, отодвинул его и тоже приложился к горлышку. Потом подтащил поближе свободный стул и закинул на него ноги.
- Даже если, как ты говоришь, все было просто игрой, тебе эта игра тоже была не совсем скучна, - Хэл посмотрел на Гвэйна, но тот уставился в стол.
«Знать бы, что у тебя в мозгах творится... И что за хрень ты думаешь». Если бы он год назад разобрался с тем, что внезапно почувствовал, а не задвинул подальше... Но жалеть о том, что не сделал, было бессмысленно, сожаления ничего не изменят и не исправят. Гвэйн, наконец, поднял голову, и Хэл встретился с ним взглядом. Похожий взгляд он видел у загнанного в угол волка-подранка, когда тот готов броситься. Того волка они с Кейном усыпили и оттащили к Маргарет, лечить. До сих пор живет в окрестностях Сноудона, волчицу себе нашел. Гвэйн, конечно, не волк, его не усыпишь и не унесешь к тетке, да и с волчицами в Лондоне напряженка... Но лечить можно по-разному.
- Что касается рыцаря, масок и прочего... - Сент-Клер не отводил взгляда. - Понимаешь, chéri... Кто как, а я предпочитаю все настоящее, не подделки. К людям это тоже относится. Надоело играть роль - не играй, будь собой. Какой есть, такой есть.
Сказав это, Хэл вдруг отчетливо понял, что ему действительно неважно, вернется ли тот безбашенный охотник за его головой, каким был еще совсем недавно Гвэйн. Или окажется на деле мрачным и угрюмым асоциальным типом, который коллекционирует уши убитых им преступников. Ну, или фаланги пальцев, не суть важно. Главное, чтобы исчезла пустота, и осколки, на которые разлетелся Гвэйн, снова сложились воедино. Мрачный асоциальный друг у Хэла есть, их отношениям это нисколько не мешает. Так что угрюмость другого типа совсем не помешает его любить. Да уж, воистину, любят не за что-то, а вопреки. Раньше смысл этой фразы от него ускользал, зато теперь стало понятно, о чем речь.
- И доедай ужин, - Хэл кивнул на сковородку. - Я же честно с тобой пью, так что бери вилку и ешь.
_____________
*Положение обязывает (лат.)

Hel

http://uploads.ru/t/6/n/A/6nACM.jpg

Внешний вид

Внешний вид: белая рубашка с закатанными рукавами, серые брюки, черные ботинки. Волосы собраны в хвост, перехваченный плетеным кожаным шнурком.
С собой: В карманах - кастет, несколько галлеонов и бумажник с маггловскими деньгами и кредитками. На левом запястье ножны с волшебной палочкой, скрытые заклинанием невидимости. Перстень на среднем пальце левой руки, тонкое серебряное кольцо на мизинце. Маленькая сапфировая серьга-амулет в левом ухе.

0

17

- Надо же, вы и честность в одном предложении. – Скривился Робардс. – Я ж тебя не приглашал со мной пить, сам навязался. Так что можете оставить свою заботу при себе, мамочка. Если так хочется заняться благотворительностью, то в Мунго всегда недостаток персонала, могу еще пару направлений подсказать.
Гвэйн снова приложился к выпивке, одним махом опорожнив едва не стакан.
- А проповеди о ценности жизни, том, что кто-то должен заниматься этой работой и прочие философские бредни оставьте для кого-то другого. Проповедник из вас паршивый. Так что... - Аврор сделал еще глоток, из глаз постепенно пропадало всякое выражение, да и голос становился все более механическим и отрешенным. – Так что покорнейше вас прошу, идите к Мерлину.  Лично я намерен сидеть здесь и напиваться. В хлам. До скотского состояния. И завтра продолжу. И когда-нибудь сдохну под забором, если раньше не прикончат.
Видимо что-то такое во взгляде Хэла промелькнуло, что Робардс решил развить тему.
- Да, моя жизнь дерьмо, я качусь по наклонной и не намерен с этим ничего делать. Кажется, свободу выбора у нас еще не отменили, и если я намерен превратить свое существование в мешок драконьего дерьма, это лично мое дело.
Монолог Гвэйна на какую-то секунду был прерван еще более пьяным посетителем, который, проходя мимо, споткнулся и чуть не рухнул на стол, с трудом устоял на ногах, и так и замер, вцепившись в столешницу, покачиваясь и с явным трудом пытаясь выдать что-то связное.
- Ну ты... это... чего... - Робардс покосился на дополнительный раздражающий фактор, сначала недоумевающее, но когда тот потянулся за бутылкой ударом в челюсть отправил его в полет к стенке бара, сам сгреб бутылку, словно и не было ничего, продолжая прерванный монолог.
- Так что если вам нравится наблюдать, милости просим, - он хрипло рассмеялся, покачал в руке бутылку, - а вмешиваться не советую. Отправишься следом.
Гвэйн мотнул головой в сторону прилегшего у стеночки тела и снова уткнулся носом в стакан.

+1

18


Судя по всему, набрался Гвэйн уже достаточно, и его сносило то в жалость к себе, то в желчность. Хэл прислонился спиной к стене и какое-то время молча пил, слушая аврора. Желания он при этом испытывал двоякие - хотелось то встряхнуть хорошенько за шиворот или врезать, чтобы прекратить эти безнадежные излияния, то заткнуть рот совсем другим способом, причем второй вариант ему нравился гораздо больше. В любом случае, он уже мысленно поставил на Гвэйне мысленную пометку «мое», и не собирался отступать и позволять ему себя угробить. Придется - будет хоть под звездами за ручку гулять и нести романтическую пургу, как говорил Кейн, но вытряхнет из той ямы, в которую тот сам себя загонял.
- Я ведь уже говорил, chéri, что никогда не оставляю незавершенных дел, - произнес наконец Хэл и плеснул себе еще виски. - А сейчас, так уж получилось, ты попал в число моих дел, и хочешь того или нет, будешь терпеть мое присутствие столько, сколько потребуется. Я имею в виду не только данный момент.
В эту минуту к их столу подвалил кто-то из посетителей, пьяный вдугаря, и Хэл получил удовольствие наблюдать, что, несмотря на затуманенные алкогольными парами мозги, твердость руки Гвэйн не утратил. Незадачливый пьяница улетел к противоположной стене и благополучно вырубился. Бармен покосился на них, но ничего не предпринял - драки нет, а что один клиент помог второму улечься «отдыхать», так это мелочи.
- У тебя, конечно, отлично поставлен удар, - Хэл одобрительно покивал. - Но этот придурок пьян, как сапожник, а ты где-то на полпути. Тогда как я еще даже не раскачался, - он с ухмылкой отсалютовал Гвэйну стаканом. - Так что если хочешь помешать мне в чем-то, сначала придется протрезветь, я тебя отправлю в нокаут прежде, чем ты замахнешься.
Выяснить, как среагирует аврор на эту провокацию, ему не удалось, поскольку рядом нарисовались четыре мрачных бугая, естественно, не совсем трезвых, оказавшихся приятелями пребывавшего в отключке посетителя. И хотели они явно не расшаркиваться. На этот раз бармен вытащил из-под стойки бейсбольную биту со стальной оковкой и кивком указал на дверь - мол, морды бить пожалуйте на улицу.
- Джентльмены, - Хэл не спешил вставать, тон у него стал вежливый до приторности. На беду магглов, они не были в курсе, чем это чревато. - У нас с другом приватный разговор, и вы мешаете. Будьте любезны удалиться.
Один из бугаев, дыхнув чудовищной смесью перегара и табака, выдал тираду, в основном состоявшую из мата, основной смысл которой состоял в том, что таким хлыщам он сотнями натягивает задницу на глаз. Хэл пожал плечами и поднялся - он честно дал дхойне шанс остаться целыми, они им не воспользовались, второго не будет. Достав из бумажника три купюры по десять фунтов, он придавил их стаканом и кивнул бармену. Магглы перебрасываясь скабрезными шуточками, на которые Хэл просто не обращал внимания - какой смысл разговаривать с кандидатами в калеки, а то и в покойники.
Гвэйн, который все это время молча смотрел в стакан, внезапно резко отодвинул стул и тоже встал. Взгляд у него из стеклянного стал почти осмысленным. Бармен вышел из-за стойки с битой в руке, на всякий случай проводить клиентов до двери.
- О, chéri, ты решил присоединиться? - вскинул бровь Хэл, направляясь к выходу и опуская руку в карман, чтобы надеть кастет. - Как это... хм... романтично.
На улице уже было совсем темно, около паба горели всего несколько фонарей, часть была разбита. Не успела дверь закрыться, как в лицо Хэлу полетел кулак размером с небольшую тыкву. Видимо, владелец кулака решил одним ударом снести ему голову - если бы попал. Но удар пришелся в пустоту, Сент-Клера там уже не было, он увернулся быстрее, чем маггл успел сделать вдох. Пролетев по инерции пару шагов, здоровяк развернулся и почти тут заорал от боли - под ребра ему впечатался кастет.
- Я ведь предлагал вам удалиться, - почти промурлыкал Хэл, уходя от удара второго маггла, у которого оказалась резиновая дубинка. Он еще не решил окончательно, драться или просто вывести противников из строя максимально болезненным способом, так что приложил этого дхойне в плечо, выбив ему ключицу.

Hel

http://uploads.ru/t/6/n/A/6nACM.jpg

Внешний вид

Внешний вид: белая рубашка с закатанными рукавами, серые брюки, черные ботинки. Волосы собраны в хвост, перехваченный плетеным кожаным шнурком.
С собой: В карманах - кастет, несколько галлеонов и бумажник с маггловскими деньгами и кредитками. На левом запястье ножны с волшебной палочкой, скрытые заклинанием невидимости. Перстень на среднем пальце левой руки, тонкое серебряное кольцо на мизинце. Маленькая сапфировая серьга-амулет в левом ухе.

0

19

Гвэйн и сам не смог бы толком объяснить, почему решил присоединиться к потасовке. Может, потому, что это была еще одна возможность отвлечься, а может, потому, что это был шанс избавиться от компании антиквара. Сомнений в том, что тот раскидает незадачливых дуболомов и вернется, не возникало, а так был шанс, что удастся от него отделаться: или потеряться в процессе драки, или того вырубят, или самому получить по голове, и тогда уж точно волноваться будет нечего. О том, что пока Хэл бьет морды, можно тихо удрать, как-то не подумалось, да и место было слишком людное, чтобы аппарировать.
А потом как-то стало не до размышлений: удар, блок, еще удар. Та причина, по которой Гвэйн ввязывался в драки - они помогали на какие-то мгновения отключиться от размышлений. Когда вам в бок прилетает удар кулака размером с голову ребенка, все посторонние мысли как-то быстро испаряются. И, если повезет, то надолго, потому как потом, пока оклемаешься, приведешь в порядок помятые ребра и выбитые зубы, ни о чем другом тоже особо не думается. Правда, на этот раз аврору, можно сказать, не повезло, по ребрам прилетело всего раз, да еще в челюсть, и то по касательной, а дальше противники просто закончились.
Одного он уложил практически сразу, с аврорской подготовкой магглу было не тягаться, а вот второй подавал надежды. Даже умудрился достать Гвэйна, но когда он выпрямился, для очередного удара, то громила уже валялся в отключке, а на его месте обнаружился проклятый Мерлином антиквар, похоже, даже не запыхавшийся, а магглы лежали, как любит говорить пресса, «с травмами различной степени тяжести». Впрочем, то, что на месте противника обнаружился «союзник», не заставило Робардса придержать руку. Ему, по большому счету, было все равно, с кем махаться, и потому удар, предназначавшийся магглу, достался отправившему того в бессознательное состояние Хэлу. Хороший такой удар, выверенный, с размаху в челюсть. И Гвэйн тут же попытался добавить под дых, со второй руки.

+1

20


Оставив первого противника кататься по земле с воем, переходящим в скулеж, Хэл повторно увернулся от дубинки второго. Мысли склонялись в сторону «драться» - не самый худший способ сбросить напряжение последних дней. Конечно, эти дубоголовые бугаи ему не соперники, а так, на отбивные, но хоть что-то. Однако стоило ему увидеть краем глаза, как один из громил достал Гвэйна, и аврор согнулся от боли, все вокруг заволокло красной пеленой от ярости, и драки не получилось. Хэл даже про кастет забыл, и вместо того, чтобы просто вырубить маггла, практически вырвал ему руку из плеча и не глядя отшвырнул к стене, как если бы тот ничего не весил. И почти тут же получил в челюсть - от Гвэйна, который просто не стал останавливаться. Сент-Клер успел только слегка отклониться, чтобы не улететь следом за магглом - что у Робардса хорошо поставлен удар, он помнил прекрасно - но и того, что прилетело, хватило, чтобы в голове зазвенело так, словно его засунули под гудящий колокол, из глаз посыпались искры, а во рту появился металлический привкус. От следующего удара он ушел почти вслепую, больше отшатнулся, чем увернулся - нужно было несколько секунд, чтобы зрение переключилось, а тело начало залечивать повреждения. О магглах можно было забыть, трое валялись в отключке, а четвертый с большой долей вероятности вообще стал трупом - его висящая на паре сухожилий рука и лужа крови почти не оставляли сомнений в этом.
Нормально видеть Хэл начал как раз вовремя, чтобы перехватить запястье Гвэйна, который на этот раз метил ему в горло, а перебитая гортань в его планы не входила. Впрочем, как и драка с Робардсом. Поэтому он развернулся всем корпусом так, чтобы аврор по инерции пролетел мимо, одновременно заводя ему руку за спину и вверх и толкая к стене.
- Сhéri, я не буду с тобой драться, - Хэл всем весом прижал Гвэйна к кирпичной кладке, удерживая так, что любое движение отдалось бы сильной болью в плече и надеясь, что это его остановит. - Как минимум, я трезвее. И просто не хочу.
Уточнять, что сейчас он к тому же сильнее, и способен разорвать человека пополам и завязать тройным узлом стальной прут, Сент-Клер не стал - мало ли, спровоцирует еще проверить. В голове почти прояснилось, с сотрясением сидская кровь справлялась почти мгновенно, это все-таки не рана от когтей ядозуба или мантикоры.
Свободной рукой Хэл осторожно провел по боку Гвэйна, куда пришелся удар маггла. На первый взгляд ребра были целы, но лучше осмотреть нормально. Главное, чтобы аврор не бросился снова в драку, как только его отпустят. А отпустить нужно было побыстрее - то, в каком положении они сейчас находились, совсем не способствовало ясности мыслей и наводило не на те идеи, которые стоило реализовывать в грязном переулке.
- Я не хочу драться, - повторил Хэл, почти касаясь губами уха Гвэйна.

Hel

http://uploads.ru/t/6/n/A/6nACM.jpg

Внешний вид

Внешний вид: белая рубашка с закатанными рукавами, серые брюки, черные ботинки. Волосы собраны в хвост, перехваченный плетеным кожаным шнурком.
С собой: В карманах - кастет, несколько галлеонов и бумажник с маггловскими деньгами и кредитками. На левом запястье ножны с волшебной палочкой, скрытые заклинанием невидимости. Перстень на среднем пальце левой руки, тонкое серебряное кольцо на мизинце. Маленькая сапфировая серьга-амулет в левом ухе.

0


Вы здесь » Obliviate: Back into the past » “Если мы умрем, я убью тебя!" » Plus ça change, plus ça reste la meme


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC